Чарльз Ходгсон
Украинский холокост и еврейская гордость
  • сб, 01/12/2013 - 18:41

Чарльз Ходгсон

Оригинальное эссе было опубликовано 25 ноября 2008 года в Западном Обозревателе

Перевод Виктора Викторова

22 ноября 2007 года исполнилось 75 лет массовым убийствам примерно десяти миллионов украинцев политической полицией Сталина - ужасным НКВД. Бюрократическая машина НКВД была апогеем политкорректности той эпохи, уничтожая украинских крестьян и жителей маленьких городов десятками тысяч за сопротивление коллективизации. Немедленно после того, как Троцкий привел его к власти, Ленин начал практиковать массовые политические убийства. Сталин же унаследовал, расширил и усовершенствовал ленинские методы и инструменты.

Вплоть до самого окончания второй мировой войны в старшем руководящем составе НКВД было непропорционально много евреев. Они были светскими евреями, которые, будучи хорошими коммунистами, отвергали разделение по национальной и расовой принадлежности как наследие буржуазного общества. Однако они не забывали о своем еврейском происхождении и знали, кем были их предки.

Евреи не ощущают своей вины за голод на Украине. Они не просят за него прощения. Они не считают его сбоем еврейского характера или культуры. И в этом заключается громадное несоответствие. С одной стороны, евреи гордятся положительными достижениями других евреев, религиозными или светскими. Но как может гордость быть национальной и безоговорочной, а стыд - условным и ограниченным? Разве нет противоречия, если человек гордится достижениями своей нации, но не чувствует никакого стыда за преступления её представителей?

Александр Солженицын высказал сходную точку зрения в своей последней книге, "Двести лет вместе". Групповая гордость идет рука об руку с групповым стыдом. Он писал: "Еврейский народ обязан быть настолько же оскорбленным своей ролью в чистках, как они оскорблены преследованиями со стороны Советской власти в более поздний период”. Относительно стыда белых, наш единомышленник Майкл Полиньяно обоснованно спорил, что те, кто осуждает белых за поведение других белых, тем самым подспудно легитимизируют право белых гордиться за достижения Западной цивилизации (Occidental Quarterly, Spring 2008, pp. 3-6).

Я полагаю, что непоследовательность - это одна из прерогатив человека. Однако в данном случае непоследовательность представляется большим, чем просто недостаток человеческой природы, потому что другим этническим группам и нациям не разрешается забывать об их прегрешениях, по крайней мере, когда они согрешили против евреев. СМИ и школы учат немцев стыдиться действий секулярной секретной службы, которая уничтожила миллионы евреев и цыган во время второй мировой войны. При этом ответственность возлагается на всех немцев, а не только на атеистов или тех, кто поддерживал истребительную политику Гитлера. Безусловную вину несет на себе весь народ. При этом немецкая гордость может быть лишь условной и частичной.

Тот же самый вид коллективного этнического стыда внушается белым многих стран. Кажется, что мы все делали что-то ужасное в то или иное время, будь то колониализм, эксплуатация, дискриминация, сегрегация и т.п. При этом под "мы" понимаются все соплеменники. Преступления разные, но стыд один и тот же.

Во многих из этих обвинений есть изрядная доля истины. Немецкое государство устроило Холокост. Британцы, испанцы, португальцы, русские, голландцы и французы действительно вытесняли коренные народы Америк, Африки и Австралазии. Негры подвергались дискриминации в Соединенных Штатах. У колониализма и этнической экспансии есть свои тёмные стороны.

И в этих обвинениях имеется определенная моральная правда, хотя они и являются чрезмерно обобщенными. Но ведь когда человеку не разрешается испытывать гордость за достойные дела своей группы, а позволено испытывать лишь стыд за ее прошлые преступления, то разве это не двойные стандарты? История Германии, в которой не упоминалась бы вторая мировая война или Холокост, была бы справедливо раскритикована как пропаганда. И разве можно вообразить историю Соединенных Штатов, в которой не признается несправедливость рабства или же законов о расовой сегрегации Джима Кроу?

Но нам не стоит напрягать воображение, пытаясь представить, как выглядела бы еврейская история, которая "забыла" бы упомянуть о роли евреев в большевицкой революции или же в коммунистических режимах по всей Восточной Европе после второй мировой войны, а также в попытках большевицких переворотов в Германии после первой мировой войны или же об участии евреев в советском шпионаже против Америки. Для этого достаточно открыть любой из бесчисленного множества учебников и монографий по истории еврейства, многие из которых созданы на деньги налогоплательщиков еврейскими факультетами американских  университетах.

Но двойные стандарты еще более вопиющи. Еврейские организации едины в осуждении западных обществ, западных традиций и христианства за прошлые преступления против евреев. Но они никогда не говорят о еврейских преступлениях.

Трудно сказать, как повлияли эти асимметричные стыд и вина на способность Запада защищать свои интересы в культурных войнах двадцатого века. Ясно одно - это влияние было глубоко негативным. Уравнять правила игры не удастся до тех пор, пока труды по еврейской истории, музеи Холокоста и университетские академические исследования не начнут содержать столько же саморефлексии о преступлениях своего народа, сколько они требуют от нас.


Related Posts

About author

Аватар пользователя admin