Британия
Смотрите как это происходит: превращение Британии в полицейское государство
  • вс, 01/13/2013 - 10:48

Шон Габб

Оригинальное эссе было опубликовано 27 января 2009 года в VDARE.com

Перевод Романа Фролова

[Питер Браймелоу пишет: Почти сорок лет назад, я был очень впечатлен «Новыми Тоталитаристами» Роланда Хантфорда, великолепным исследованием шведской политической культуры, аргументирующим, что тоталитаризм, в смысле полного политического контроля общества, может быть создан бюрократией, а не только грубой силой. (К моему удивлению, влияние «Новых Тоталитаристов» на мою собственную книгу о Канаде, «Игру Патриотов», цитируется в соответствующей статье Википедии.) Шон Габбс информирует нас, что подобный тоталитаризм наступает сегодня в еще одной соседской стране, практикующей общее право, - в Британии. Действительно, в настоящее время британское правительство пытается законодательно принудить анти-иммиграционную Британскую Национальную партию принимать в свои ряды представителей иммигрантских меньшинств – а в этом и заключается самая суть тоталитаризма: никакая частная сфера не позволена; по словам Муссолини «Все в государстве, ничего вне государства, ничего против государства». Именно поэтому принятие так называемого закона о «Преступлениях на почве ненависти», восхваленного президентом Обамой в его недавнем Обращении «О положении страны», стало такой катастрофой – но тем не менее практически без оппозиции со стороны правых «красного пояса». Это происходит в Британии. Это может произойти и в Соединенных Штатах.]

В настоящий момент в Британии заканчивает свое прохождение через Парламент произведением лейбористского правительства, «Закон о Равенстве». Целью этого закона является объединение в единый кодекс всех разнообразных законов и правил о «равенстве» - расовом, половом, сексуальных предпочтений, возрастном, религиозном и т. д., принятых с 1965 года - и установление единой схемы для его претворения в жизнь под эгидой псевдоюридической Комиссии по Правам Человека. Он также ужесточает эти законы, так что любая продолжающаяся «дискриминация» становится противозаконной.

О точном значении любого предложенного закона сложно судить заранее. Вначале мы должны увидеть заключительный Акт Парламента. Нужно ознакомиться с сотнями страниц правил, которые этот закон ратифицирует через секции делегированных полномочий. Нам нужно посмотреть, как он будет выполняться властями, и как его будут интерпретировать суды.

Но очертания закона уже достаточно ясны. Например, теперь еврейские школы не имеют права не принимать не-еврейских детей. Теперь христианин-владелец отеля совершит преступление, отказав двум гомосексуалам в совместной постели. Работодатель теперь не имеет права исключать из рассмотрения кандидатов, принадлежащих к какой-нибудь группе, которую он по какой-либо причине не одобряет, или ограничивать рекрутинг лишь одобряемыми им группами. То же самое касается аренды недвижимости.

Также незаконным теперь является желание Британской Национальной партии ограничить этническое происхождение своих членов группой, которую она полагает коренной для Британских островов – безошибочно тоталитарное нарушение принципа свободной ассоциации.

После недавнего редкого поражения в Палате Лордов, правительство не сможет принуждать религиозные школы принимать на работу учителей, которые не принадлежат или враждебно настроены против данной религии. Но это поражение может быть аннулировано, когда через несколько недель закон вернется в Палату Представителей. Или же оно может быть аннулировано отдельным законом. Как уже отмечено, нюансы закона невозможно понять до его ратификации.

Но несмотря на неопределенность, Закон о Равенстве необходимо рассматривать как одну из наиболее важных мер по консолидации того, что может быть единственным образом определено как британское полицейское государство, которое начало появляться на свет с момента выборов Тони Блэра и его «Новых Лейбористских» союзников в 1997 году. (С деталями вы можете ознакомиться в моей монографии «Культурная Революция, Культурная Война: Как Консерваторы Потеряли Англию, и Как Взять Ее Назад», которую вы можете бесплатно скачать здесь.)

Проблема с борьбой против такого рода законов заключается в том, что оппоненты будут оклеветаны как противостоящие равенству в общем, или даже как фанатики. Именно это совершенно запугало оппозиционную Консервативную партию, которая изобразила лишь символическое сопротивление. (Оппозиционное заявление моего Либертарианского Альянса здесь.)

Конечно же, это нелегитимная тактика. В наше время каждый верит в свободу и равенство. Настоящий вопрос в другом: что подразумевается под «равенством»?

По либеральной традиции, идущей через Локка, Юма, Милля и Хайека, каждый имеет, или должен считаться имеющим – равные права на жизнь, свободу и собственность.

Это означает, что все должны быть равны перед законом. Замужняя женщина не должна потерять право собственности на имущество, если об этом нет предварительной договоренности. Римскому католику нельзя запрещать наследовать согласно завещанию почившего отца. Атеисту или еврею не должно отказываться в правосудии из-за того, что он не сможет дать клятву на Новом Завете. Каждый должен обладать одинаковым правом доступа к суду. Каждый должен иметь одинаковые права свободы мысли, речи и вероисповедания, и свободы ассоциации, и свободы от произвольного штрафования и тюремного заключения.

И это все. Либеральная традиция не наставивает на том, что каждый должен иметь одинаковое право на оплачиваемую работу, или на проживание в определенном месте, или на обслуживание в ресторане или отеле. Никто не должен иметь право быть любимым или принимаемым другими.

Если владелец бизнеса вешает объявление на окно, извещая публику, что он отказывается иметь дело с евреями или гомосексуалами, или с инвалидами, то это – его право. Как либертарий, я буду воспринимать подобного рода заявления с отвращением, и из-за этого, я, вполне возможно, откажусь иметь дело с данным бизнесом. Но это и является пределом надлежащего неодобрения. Это не является поводом для вмешательства властей.

До сих пор я спорил, как если бы я полагал, что проектировщики Закона о Равенстве – это люди с добрыми намерениями, но ограниченным пониманием. Но я не подразумеваю этого ни на мгновение. Люди, управляющие моей страной, в лучшем случае являются злом. Они не попали под влияние плохих идей и не свернули по ошибке на неправильную дорожку. Нет, они – плохие люди, подбирающие идеологии для обоснования своего поведения.

У левых есть идеологии – мутуализм, например, или Джиоргизм, или синдикализм – которые зачастую являются глупыми или непрактичными, но они полностью совместимы с достоинством и независимостью обычных людей.

Но они не являются идеологиями, которыми руководствуются нынешние правители Британии.

Эти люди начинали как социалисты. Когда это стало препятствием для выборов, они переключились на политкорректный мультикультурализм. По мере того, как мультикультурализм становится все большей помехой, они начинают экспериментировать с тоталитарным энвайронментализмом. Но на каком бы уровне управления, местном или государственном, они не находились, провозглашаемые ими идеологии никогда не мешали их гладкому взаимодействию с крупным мультинациональным бизнесом, или с никому неподотчетными мультинациональными управляющими структурами.

Разумно предположить, что для этих людей идеи являются не более чем набором обоснований для возведения социального, экономического и политического порядка, в котором они и их приспешники моглы бы обладать великим богатством и неоспоримой властью. Их целью было деактивирование всех механизмов, что существовали в Британии для гарантирования подотчетности управителей перед управляемыми.

И это именно то, чем они занимаются с момента победы лейбористов на выборах 1997 года. В определенном, трудноуловимом для иностранцев, смысле, в последние 13 лет в Британии происходила непрерывная революция. Она была инициирована лейбористским правительством и его пособниками в ведущих средствах массовой информации, публичных службах, юстиции, и большом бизнесе.

Они смели прочь конституционный договор 17-го века. Наша Древняя Конституция может и поражала посторонних как гигантский старомодный бал-маскарад, но она покрывала один серьезный и очень важный факт. Он заключался в неполном принятии требования полковника Рэйнсборо, лидера радикальной фракции Уравнителей в ходе Английской гражданской войны, что «несчастнее всех тот, кто в Англии живет жизнью высочайшего». Это позволило Британии быть одновременно сильно-консервативной и свободной.

Все это кануло в Лету. С 1997 года было создано ошеломительные 4,000 новых уголовно-наказуемых деяний – и многие из них озабочены цензурой речи и публикаций. Они обычно насаждаются суммарным – и часто произвольным и даже коррумпированным – процессом.

Традиционные суды и их процедуры также были трансформированы настолько, что сегодня ни один человек, чье легальное образование завершилось до 1997 года, не имеет ни малейшей идеи о том, каким образом отстаивать свои права. Нас сделали формальными субъектами Европейского Союза. Наша страна была преднамеренно наводнена иммигрантами, как недавно похвастался бывший спичрайтер Блэра Эндрю Нидер. И целью массовой иммиграции было разрушить солидарность подданых.

Я родился в свободной стране, в которой люди могли говорить все, что угодно и жить без постоянного надзора. Если полицейский стучался во входную дверь родительского дома, то моих родителей беспокоило лишь то, что он мог принести плохие новости.

Сегодня я живу в полицейском государстве. Недавние реформы полностью устранили защитные механизмы общего права и за любое правонарушение теперь возможно подвергнуться аресту. Если меня обвинят в том, что я бросил на землю обертку от конфеты, то меня могут арестовать и отвезти в полицейский участок. Там у меня возьмут отпечатки пальцев и образец ДНК. Даже если меня освободят без предъявления обвинения, эти данные будут храниться бесконечно. Их также передадут нескольким десяткам иностранных правительств, которые зачастую будут считать сам факт наличия моих данных в базе данных ДНК как доказательство совершенного в прошлом преступления.

Естественный ответ заключается в том, что разумные люди обычно делают все необходимое, чтобы избежать внимания полиции. Это означает быстрое подчинение командам, которые могут быть незаконными. А что это, если не полицейское государство?

Я сегодня живу в стране, где я должен отдавать себе отчет в том, что частные встречи и даже частные беседы могут быть подслушаны платными информаторами, что может привести к судебному преследованию и разрушению профессиональной карьеры.

Закон о Равенстве просто-напросто еще один шаг в консолидации нового порядка. Он является взяткой тем группам – мусульманам, гомосексуалам, расовым меньшинством – чья электоральная поддержка необходима лейбористам для сохранения своей власти. И это еще один повод для виктимизации известных диссидентов.

Но превыше всего – это еще один сигнал всем о том, кто здесь босс.

Единственная разновидность «равенства», над которой работают нынешние правители Британии, - это равный страх перед ними – и перед тем, что они могут с нами сделать.


Related Posts

About author

Аватар пользователя admin