"Культура Критики": Введение к первому изданию. Часть 4
"Культура Критики": Введение к первому изданию. Часть 4
  • вс, 01/13/2013 - 00:34

Евреи происходят из культурной зоны Среднего Старого Мира (Буртон и др., 1996) и по настоящий день сохраняют несколько ключевых культурных черт своей древней популяции. Культурная группа Среднего Старого Мира характеризуется разветвленными дальнеродственными группами, основанными на родстве по мужской линии, а не на взаимных взаимодействиях, свойственных для европейцев. Эти патриархальные группы выполняли функцию военных подразделений для охраны стад и межплеменных конфликтов, являвшихся намного более важной частью их эволюционной истории [по сравнению с европейцами – прим. пер.]. В таких условиях существует серьезные предпосылки для формирования больших групп с целью военного усиления, что, в частности, достигается увеличением числа женщин через покупку невест с помощью приданного (10). (Приданное означает передачу ресурсов в обмен на право жениться на женщине, как в случаях браков Авраама и Исаака из Ветхого Завета.) В итоге, полигиния, а не типичная для европейцев моногамия, становится нормой. Еще одно различие заключается в том, что традиционные еврейские группы по сути представляют из себя дальнеродственные семейные группы с высоким уровнем эндогамии (т. е. внутригрупповых браков) и единокровных (близкородственных) браков, включая браки между дядьями и племянницами, санкционированные в Ветхом Завете. Это является диаметрально-противоположным западно-европейской тенденции в сторону экзогамии (см. Макдональд 1994, Главы 3 и 8 для обсуждения еврейских тенденций к полигинии, эндогамии и близкородственным бракам). Таблица 1 контрастирует европейские и еврейские культурные характеристики (11).

Тогда как представители индивидуалистских культур предрасположены к разобщенности, индивидуумы в коллективистских обществах обладают сильным чувством групповой идентичности и групповых границ, основанных на генетическом сродстве и происходящих из относительно большей значимости межгрупповых конфликтов в период эволюционного развития народа. Ближневосточные общества характеризуются антропологами как «сегментированные общества», организованные в относительно непроницаемые группы, основанные на родстве (Кун 1958, стр. 153; Эйкельман 1981, стр. 157-174). Групповые границы зачастую усиливаются с помощью внешних признаков, таких как стиль прически или одежды, как это часто делали евреи на протяжении своей истории. Разные группы поселяются обособленно, так, чтобы сохранять свою гомогенность по соседству с другими однородными группами. Карлтон Кун так описывает (1958) ближневосточное общество:

«Идеалом является не подчеркивание униформности граждан страны в целом, но униформности внутри каждого социального сегмента, и как можно большего контраста между сегментами. Члены каждой этнической группы ощущают необходимость самоидентификации при помощи определенной конфигурации символов. Если благодаря своей истории они обладают какой-либо расовой особенностью, то они постараются усилить ее специальными прическами и тому подобным; в любом случае, они будут носить своеобразные одежды и вести себя особенным образом.»

Таблица 1. Различия между европейскими и еврейскими культурными особенностями


  Европейское культурное происхождение Еврейское культурное происхождение
Эволюционная история

 

Северные охотники-собиратели

 

Пастухи Среднего Старого Мира
Система родства

Билатеральная;

Слабо-патрицентрическая

Односторонняя; 

Сильно-патрицентрическая

Семейная система Простое домохозяйство

Дальнеродственные связи;

Совместное хозяйство

Брачные обычаи

Экзогамные;

Моногамные

Эндогамные, близкородственные;

Полигамные

Супружеская психология

Товарищеская; 

Основанная на взаимном согласии и привязанности

Утилитарная; 

Основанная на семейной стратегии и контроле родственной группы

Положение женщин

 

Относительно высокое

 

Относительно низкое
Социальная структура

Индивидуалистская;

Республиканская;

Демократическая;

Коллективистская;

Авторитарная;

Харизматичные лидеры

Этноцентризм Относительно низкий Относительно высокий – «гиперэтноцентризм»
Ксенофобия Относительно низкая Относительно высокая – «гиперксенофобия»
Социализация Акцентированность на независимости, самодостаточности Подчеркивает групповую идентификацию, обязанности перед группой
Интеллектуальная позиция

Рассуждения;

Наука

Догматизм;

Подчинение групповым авторитетам и харизматичным лидерам

Моральная позиция Моральный универсализм: мораль не зависит от групповой принадлежности

Мораль относительна: разная мораль для своей и чужих групп;

«Хорошо то, что хорошо для евреев»

Межгрупповой конфликт в таких обществах часто скрывается прямо под поверхностью. Например, Дюмонт (1982, стр. 223) описывает рост антисемитизма, вызванного усилением конкуренции за ресурсы, в Турции в конце 19-го века. Во многих городах, евреи, христиане и мусульмане внешне жили в гармонии, и даже проживали на одной и той же территории, «но малейшей искры было достаточно для воспламенения бочки с порохом» (стр. 222).

Эта ближневосточная тенденция к гиперколлективизму и гиперэтноцентризму особенно сильно проявляется среди евреев – феномен, способный в значительной степени объяснить хроническую вражду в этом регионе. В своей трилогии я привожу множество примеров еврейского гиперэтноцентризма и в нескольких случаях я предполагаю, что еврейский гиперэтноцентризм является биологически обусловленным (Макдональд 1994, Глава 8; 1998а, Глава 1). Как было отмечено выше, индивидуалистские европейские культуры имеют тенденцию быть более открытыми к чужакам, чем коллективистские культуры типа иудаизма. В этом отношении представляется интересным, что детские психологи обнаружили необычайно интенсивные реакции страха среди израильских младенцев в ответ на присутствие незнакомцев, причем немецкие дети с севера Германии характеризовались противоположной тенденцией (12). Израильские младенцы гораздо чаще становились «безутешно расстроенными» в ответ на присутствие незнакомцев, в то время как северо-германские дети демонстрировали относительно слабые реакции на незнакомцев. Таким образом, израильские младенцы имели тенденцию к необычно сильной реакции тревоги в присутствии незнакомцев, а северо-германские младенцы реагировали противоположным образом – результаты, непротиворечащие гипотезе о том, что европейцы и евреи находятся на противоположных концах шкал ксенофобии и этноцентризма.

В трилогии об иудаизме я привожу много примеров еврейского гиперэтноцентризма. Недавно меня глубоко впечатлило раскрытие темы еврейского гиперэтноцентризма Израилем Шахаком, особенно написанная им в соавторстве книга «Еврейский фундаментализм в Израиле» (Шахак & Межвинский 1999). В своем исследовании современных еврейских фундаменталистов и их влияния в Израиле, Шахак и Межвинский говорят о том, что современные фундаменталисты пытаются воссоздать жизнь еврейских общин в том виде, какой она была до эпохи Просвещения (т. е. до 1750 г. н. э.). В то время подавляющее большинство евреев верило в Каббалу – еврейский мистицизм. Влиятельные еврейские ученые, такие как Гершом Шолем, игнорировали очевидный расиалистский, эксклюзивистский материал в Каббале, используя такие слова как «человек», «человеческие существа» и «космический» для того, чтобы создать впечатление, что Каббала несет в себе универсалистское послание. В действительности же текст говорит, что спасение предназначено лишь для евреев, а не-евреи имеют «сатанинские души» (стр. 58).

Этноцентризм, очевидный в подобных утверждениях, был не просто нормой в традиционном еврейском обществе, но он и по сей день остается мощным течением в современном еврейском фундаментализме, с важными последствиями для израильской политики. Например, любавичский ребе, раввин Менахем Мендель Шнеерсон так описывает различие между евреями и не-евреями:

«Это не является случаем значительных изменений, когда индивидуум просто находится на более высоком уровне. Мы имеем дело с примером... совершенно иного [биологического] вида... Тело еврейского человека качественно отличается от тела [представителя] любой другой нации мира... Различия во внутреннем качестве [тела],... настолько велики, что тела должны рассматриваться как принадлежащие совершенно разным видам. Именно по этой причине Талмуд говорит, что есть галахическое различие в отношении к телам не-евреев [по контрасту с телами евреев], что «их тела пусты»... И даже еще большее различие существует в отношении души. Есть два противоположные типа души, не-еврейская душа, происходящая из трех сатанинских сфер, и еврейская душа, произрастающая из святости». (Шахак & Межвинский 1999, стр. 59-60)

Это провозглашение еврейской уникальности вторит утверждению Эли Визеля, активиста Холокоста, о том «что мы во всем другие» (1985, стр. 153). Евреи являются исключительными «онтологически».

Гуш Эмуним и другие еврейские фундаменталистские секты, описываемые Шалаком и Межвинским, представляют собой часть центрально-исторической еврейской традиции, которая рассматривает евреев и не-евреев как совершенно разные биологические виды и представляет евреев как высших существ по сравнению с не-евреями, подлежащих радикально иному моральному кодексу. Следовательно, моральный универсализм антитетичен еврейской традиции.

В Израиле, эти еврейские фундаменталистские группы являются отнюдь не крошечными маргинальными группами, реликтами традиционной еврейской культуры. Они широко уважаемы израильской публикой и многими евреями в Диаспоре. Они имеют значительное влияние в правительстве, особенно в правительствах партии Ликуд и недавнем правительстве национального единства под руководством Ариэля Шарона. Члены Гуш Эмуним составляют значительный процент личного состава элитных подразделений израильской армии, и, как и ожидается из гипотезы об их крайне высоком этноцентризме, они гораздо более, чем остальные израильские солдаты, склонны к жестокому и варварскому обращению с палестинцами. Все вместе, религиозные партии включают в себя примерно 25% израильского электората (Шахак & Межвинский 1999, стр. 8) – процент, который неизбежно увеличится в будущем из-за высокой фертильности представителей этих партий и из-за радикализации израильского общества ввиду эскалации проблем с палестинцами. Учитывая фрагментированность израильской политики и рост числа религиозных групп, представляется маловероятным, что будущие правительства будут формироваться без их участия. Исходя из этого, мир на Ближнем Востоке вряд ли будет достигнут без полной капитуляции палестинцев.

Здесь речь идет не столько о фундаменталистах в современном Израиле, сколько о том, что традиционные еврейские общины были высоко этноцентричными и коллективистскими – и это является главной темой всех трех моих книг об иудаизме. Аргумент КК заключается в том, что еврейские интеллектуалы и политические активисты сильно самоидентифицировались как евреи и рассматривали свою деятельность как способствующую продвижению специфических еврейских интересов. Они продвигали различные интеллектуальные и политические повестки дня, зачастую выражая их в терминах морального универсализма, но который на самом деле представлял из себя замаскированный моральный релятивизм.

Учитывая, что этноцентризм до сих пор охватывает все сегменты еврейского общества, пропаганда де-этнитизации европейцев – общая черта движений, обсуждаемых в КК – наилучшим образом объясняется как стратегический шаг против народов, рассматриваемых в качестве исторических врагов. В Главе 8 КК, я обращаю внимание на длинный список подобных двойных стандартов, которые становятся особенно очевидными при сравнении политики Израиля с политическими вопросами, которые активно преследуются еврейскими организациями в США. Как отмечается во многих местах КК, еврейские активисты, апеллирующие к Западным аудиториям, пропагандируют политические курсы, удовлетворяющие еврейским (партикуляристским) интересам в терминах морально-универсалистского языка, являющегося центральной чертой Западного морального и интеллектуального дискурса. Эти политические линии включают разделение церкви и государства, настроения в отношении мультикультурализма, и иммиграционные политики, отдающие предпочтение доминантным этническим группам. Двойные стандарты можно обнаружить повсеместно (14).

Принципиальная тема КК заключается в том, что еврейские организации играли решающую роль в противостоянии идее, что Соединенные Штаты должны оставаться европейской нацией. В то же самое время, эти организации оказывали всевозможную поддержку Израиля как нации еврейского народа. Например, рассмотрим пресс-релиз АДЛ от 28 мая 1999 года:

«Антидиффамационная Лига сегодня аплодирует законодательному принятию решительных поправок в иммиграционный закон Германии, и заявляет, что послабление в прошлом суровых требований для натурализации «обеспечит климат, способствующий многообразию и толерантности. Является обнадеживающим наблюдать как плюрализм укореняется в обществе, которое, несмотря на сильную демократию, в течение многих десятилетий поддерживало негибкую политику предоставления гражданства исключительно по признаку крови и происхождения», сказал Абрахам Фоксман, национальный директор АДЛ. «Облегчение иммиграционных требований является особенно важным в свете немецкой истории Холокоста и преследования евреев и других меньшинств. Новый закон создаст нужный климат для многообразия и толерантности в нации с тягостным наследием ксенофобии, и позволит заменить концепцию «мы против них» принципом гражданства для всех» (15).

В этом заявлении не упоминаются как аналогичные законы, действующие в Израиле и ограничивающие иммиграцию в страну евреями, так и длительная политика отвергания возможности репатриации палестинских беженцев, желающих вернуться в Израиль или на оккупированные территории. Ожидаемое изменение в стереотипе «мы против них», якобы свойственном Германии, приветствуется; в то время как отношение «мы против них», свойственное Израилю и еврейской культуре на протяжении всей ее истории, не упоминается вообще. Недавно израильский министр внутренних дел опубликовал постановление, согласно которому новые иммигранты, обратившиеся в иудаизм, больше не смогут привозить с собой членов семьи, если те являются не-евреями. Как ожидается, это решение вдвое уменьшит число людей, имеющих право иммигрировать в Израиль (16). Несмотря на это, еврейские организации продолжают оставаться сильными пропонентами мультиэтнической иммиграции в Соединенные Штаты (17). Этот вездесущий двойной стандарт был подмечен писателем Винсентом Шиэном в его наблюдениях за сионистами в Палестине в 1930 году: «как идеализм идет рука под руку с наиболее потрясающим цинизмом; ... как они являются фашистами во внутренних делах, по отношению к Палестине, и интернационалистами во всем остальном» (18). По моему мнению, иудаизм должен в первую очередь восприниматься как этническая, а не религиозная группа. Недавние заявления выдающихся еврейских деятелей демонстрируют, что этническая концептуализация иудаизма хорошо совпадает с самопредставлением многих евреев. Выступая перед в основном еврейской аудиторией, Бенжамин Нетаньяху, выдающийся член партии Ликуд и до недавнего времени премьер-министр Израиля, заявил: «Если бы Израиль не возник после Второй мировой войны, то я уверен, что еврейская раса не выжила бы.... Я стою здесь перед вами и говорю, что вы должны больше работать на благо Израиля. Вы должны стать лидерами и сделать шаг вперед как евреи. Мы должны гордиться своим прошлым, если хотим быть уверенными в нашем будущем» (19). Чарльз Бронфман, главный спонсор $210-ти миллионного проекта «Израиль по праву рождения», целью которого является усиление связей с Израилем среди американских евреев, произнес похожий сентимент: «Вы можете прожить безупречно достойную жизнь не будучи евреем, но я думаю, что вы очень много теряете – теряете некое чувство, которое живет в вас тогда, когда вы знаете, что по всему свету обитают люди, которые так или иначе обладают той же самой ДНК, что и вы» (20). (Бронфман является со-председателем кампании Сиграм и братом Эдгара Бронфмана-старшего, президента Мирового Еврейского Конгресса.) Подобные сентименты невозможно представить себе выходящими из уст европейско-американских лидеров. Европейские американцы, осмелившиеся заявить подобное, немедленно были бы заклеймены как ненавистники и экстремисты.

Разоблачающий комментарий представителя Американского Еврейского Комитета (АЕКомитета) Стефана Стейнлайта (2001) иллюстрирует глубокий этнический национализм, который и до сегодняшнего дня характеризует социализацию американских евреев:

«Я, наконец, признаюсь: как и тысячи других еврейских детей моего поколения, я был воспитан как еврейский националист, и даже квази-сепаратист. Каждое лето в течение десяти формативных детских и подростковых лет меня на два месяца отправляли в летний еврейский лагерь. Там, каждое утро, я отдавал салют иностранному флагу; носил униформу, отражающую его цвета; пел иностранный национальный гимн; изучал иностранный язык; учил иностранные народные песни и пляски; и был обучаем, что Израиль – это наша подлинная родина. Эмиграция в Израиль рассматривалась как величайшая добродетель, и, как и многие другие израильские подростки, я провел два лета, работая на коллективной ферме в Израиле, обдумывая эту возможность. Более аккуратно и бессознательно, нас учили, что наш народ превосходит не-евреев, которые нас угнетали. Нас учили воспринимать не-евреев как не заслуживающих доверия чужаков, людей, от кого следовало ожидать внезапных приступов ненависти; людей, менее чувствительных, интеллегентных и моральных, чем мы. Нас также учили, что одним из главных уроков нашей темной истории является то, что мы не можем ни на кого полагаться.... Я должен признать, что сутью процесса националистического обучения было внедрение убеждения, что главная разделительная линия в этом мире проходит между «мы» и «они». Конечно, мы салютовали американскому и канадскому флагам и пели их гимны, обычно с подлинным чувством, но было совершенно ясно, где находится наша истинная лояльность» (21).

Утверждения о том, что евреи являются этносом, имеют хорошее основание. Научные исследования, подтверждающие генетическую общность еврейских групп продолжают публиковаться. Рассмотрим, к примеру, исследование Хаммера с соавторами (2000). Используя данные с Y – хромосомы, Хаммер пришел к выводу, что в течение последних 2000 лет лишь 1 и 200 браков в еврейских коммунах был заключен между евреем и не-евреем.

В общем, современные организованные еврейские общины характеризуются высоким уровнем еврейской идентификации и этноцентризма. Еврейские активистские организации, такие как АДЛ и АЕКомитет, не являются порождением фундаменталистов и ортодоксов, но представляют широкую еврейскую общественность, включая нерелигиозных евреев и евреев-реформистов. В общем, чем более активно люди участвуют в еврейской общественной жизни, тем более активно они стремятся предотвратить браки между евреями и не-евреями и сохранить еврейскую этническую сплоченность. И, несмотря на значительный уровень смешанных браков среди менее активных евреев, лидеры еврейской общины в США отнюдь не представляют из себя потомков браков с не-евреями в сколько-нибудь заметной степени.

В конечном итоге, еврейский этноцентризм – это просто традиционный человеческий этноцентризм, хотя, безусловно, он представляет собой более экстремальную разновидность. Но что является поразительным, так это камуфляж интеллектуальной поддержки еврейского этноцентризма; сложность и интеллектуальная утонченность его рационализаций – некоторые из которых рассматриваются в «Обособленности и ее разочарованиях» (Главы 6-8); и его просто невероятное лицемерие, которое становится очевидным при рассмотрении еврейской оппозиции европейскому этноцентризму.


Related Posts

About author

Аватар пользователя admin